СФ I: утки и телефон

После ночно-утренного марафона работы я вышла на улицу. К этому моменту любой режим сбит и состояние такое, что спать не хочется и не захочется будто бы никогда. Поэтому я предпочитаю выйти на улицу, чтобы хоть как-то вдохнуть свежего воздуха и попробовать вернуться в реальный мир. Делаю так регулярно и всем советую.

Как обычно, я пошла к реке. Туда, где есть набережная и небольшой аккуратный мостик над одной из речушек, впадающих в нашу реку М. Я присела на набережную и погрузилась в собственные мысли. Вокруг было тихо и спокойно. Середина дня, а мир будто замер.

Тотальное умиротворение нарушил взрослый мужчина, который сел на соседнюю скамейку. Мужчина был взрослый, можно сказать даже пожилой. Небольшого роста, лысенький, он был одет абсолютно невзрачно, будто бы его нарядила жена не с большой любовью и просто потому, что если бы он оделся сам — было бы значительно хуже.

Он сидел радостный и смотрел на реку. Будто бы даже отбивал какой-то ритм своими черными максимально обычными ботиночками. Я мысленно попыталась переодеть мужичка, но не сложилось. Обычно я могла представить, как можно спасти мужчину, а тут будто бы даже в другой одежде он выглядел бы невзрачно.

После этого я переключилась на реку и обратила внимание как удивительно кучно утки столпились на берегу. Я подумала, что было бы неплохо сделать из этого сториз. Они напоминали толпу занятых гномиков, которые будто бы планировали поход за золотом.

Мужчина тоже этим заинтересовался. Он встал, зачем-то снял свою бежевую курточку, положил на скамейку и пошёл с берега наблюдать за утками. Я тоже подошла к берегу, мужчина меня заметил и мне улыбнулся. Я достала телефон и попыталась найти кадр, но он как-то не получался — в жизни будто было значительно смешнее и интереснее. Тут я поняла, что кадр получится круче, если зайти на мостик. Я обрадовалась этой идее и забежала на мостик.

И правда, кадр получался отличный. Даже получилось удобно пристроить телефон на перила, я нажала запись… И тут телефон выскочил из моих рук, упал в реку и, булькнув, пошёл на дно.

Телефон штука важная и нужная, но однозначно не стоящая слёз. Обидно, безусловно, но я теряла телефон с десяток раз, поэтому всё в нём синхронизировано, сохранено и ничего при его физическом исчезновении не пропадает.

Что до цены самого чёрного кирпичика — сумма внушительная. Но, спасибо моему тяжелому труду, даже новая модель в бюджете дыру не пробьёт. Никаких горящих проектов в моменте нет, а значит можно спокойно заказывать новый. И никаких проблем — уже завтра исчезнувший телефон будто бы материализуется обратно мне в руки.

Поэтому понурая, но не сломленная, я вернулась обратно на скамейку. Мужичок продолжал сидеть на соседней скамейке. В глаза бросился нелепый бордовый свитер, который я почему-то не увидела сразу после снятия курточки.

Мужчина, не глядя на меня, сказал:

— А вы будто и не расстроились из-за того, что телефон упал…

— Обидно, но ничего страшного, — сказала я максимально учтиво, чтобы дать понять, что меня дальнейшая беседа совсем не интересует.

Но мужчина продолжил:

— А по вашему виду я подумал, что такая, как вы, обязательно нырнет за ним. Ну, или попросите нырнуть меня, — он повернулся ко мне и улыбнулся странной, будто детской улыбкой.

“Что значит “такая, как я”?” — подумала я, но вслух не сказала.

— Нет, я нырять бы точно не стала, — сказала я опять, попытавшись эту беседу свести на нет.

— Вот вы меня опять удивили! — Радостно заметил он. — Я когда сказал “такая, как вы” был уверен, что вы возмутитесь и мне сделаете колкое замечание. А вы не сделали.

— Я предпочитаю в случайные беседы не ввязываться, — ответила я, уверенная, что теперь то он поймет, что ему самое время от меня достать.

— А почему? — с искренним недоумением спросил он.

Я, почему-то, поддалась и ответила искренне:

— Да потому что на улице можно встретить сумасшедших всех мастей. Ввязываться в общение с ними — себе дороже. Поэтому я предпочитаю общение со мной не поощрять во избежание дальнейшей беседы. Вот того же результата я пытаюсь и с вами добиться.

В конце я осеклась, потому что поняла, что прозвучала очень грубо. Но не успела я хоть что-то сказать, как мужчина радостно, будто бы упустив остроту, сказал:

— Очень интересно! А в чем проблема пообщаться с сумасшедшими? — поинтересовался он.

— Вы знаете такое выражение “бред сумашедшего”? Вот и зачем мне слушать чей-то бред. Какой смысл слушать то, в чем нет смысла?

— А как вы понимаете — есть смысл или нет?

— Странный вопрос, — удивилась я. — Смысла нет, когда тебе человек говорит что-то, что тебе непонятно.

— Ich trinke gerne Bier zu Würstchen, — тут же ответил мужчина.

— Что?

— Вот я вам сказал, вы меня не поняли — значит ли, что я сказал нечто бессмысленное?

— Вы явно что-то по-немецки сказали. Но да, вставлять в обычный разговор на улице фразу на немецком — бессмысленно. Я же немецкого не знаю.

— Исходя из ваших слов, получается, что осмысленность беседа получает только в тот момент, когда человек пытается, чтобы его поняли. Так сказать, настраивается на собеседника. То есть, если я знаю и немецкий, и русский, но говорю с вами на немецком — это бред сумасшедшего? А если по-русски, то все в порядке, верно?

— Очевидно, да. Разговаривать со мной по-немецки, когда я его не знаю — совершенно не имеет смысла.

— Однако, это же не значит, что это не имеет смысла вообще. Это не имеет смысла для вас, любой немец бы меня прекрасно понял и даже согласился бы… Но хорошо, я вас тоже понял. Постараюсь поговорить с вами на вашем же языке.

Он встал, отряхнул брюки и подошел ко мне. Я немного напряглась.

— Я понимаю, что для таких, как вы, мне надо сделать чудо. Для привлечения вашего внимания. Иначе то, что я скажу покажется, как вы говорите, бредом сумасшдшего.

Он сложил ладони, потому разомкнул их и на его ладони лежал телефон. Мои глаза округлились. Очевидно, это был мой телефон.

Я схватила его — тот же чехол. Та же раздражающая царапина на экране. Я разблокировала телефон — он поддался на эту манипуляцию. Я зашла в рабочую переписку — там были последние мои сообщения, которые я написала перед выходом.

Я подняла свои безумные, округлившиеся глаза на мужчину. Он стоял с абсолютно невинным видом и смотрел куда-то по сторонам.

— Как вы..? — проблеяла я. В голове сразу заметались мысли: “Это сон? Я сошла с ума? Меня кто-то загипнотизировал? Это фокус или пранк?”.

Тем временем мужчина внимательно посмотрел мне в глаза. В его взгляде была доброта и даже какое-то тепло, но при этом невероятная требовательность. Будто бы от удержания моего взгляда зависела чья-то жизнь.

— Объяснять вам то, что произошло — бессмысленно. Не потому, что это нельзя объяснить, а потому что вы меня не поймете. И в этом нет ничего страшного. И у меня нет задачи вас напугать. Я просто хотел привлечь ваше внимание. Мне это удалось?

— Да, — ответила я.

— Послушайте меня очень внимательно. Слушайте, что я говорю и не пытайтесь об этом думать. Не выстраивайте ни одну логическую цепочку, не пытайтесь найти смысл или объяснение. И даже не пытайтесь почувствовать, что я вам говорю. Вы, естественно, всё это сделайте, но я вас предупреждаю сразу — то, что я вам скажу не имеет смысла. И имеет колоссальный смысл, который вы не поймете и не должны понять. Я сейчас это сообщаю вам потому что оно должно быть сказано мной и услышано вами. Не понятно, не продумано, а просто услышано. Воздух должен быть сотрясен. И на данный момент всё. Вы готовы?

— Не знаю…

— Прекрасно. Грядет разлом и вам предстоит спасти вас. Нет ни одной причины для паники — провал невозможен по своей сути. Возможен лишь крюк. Но зачем ехать в объезд, когда можно промчать напрямую? Вам надо промчать напрямую. Разлом не пощадит никого и совсем прямой дороги ждать не приходится. Но в ваших силах сократить крюк или даже избежать его. Вам надо залезть на гору, так зачем копать вниз? Ведь можно начать восхождение сразу. Хотя бы про гору для вас понятно?

— Кажется, да.

— Надеюсь, что нет. Я здесь, чтобы помочь вам на эту гору залезть. В вашем успехе для меня нет никакого интереса, я здесь абсолютно посторонний. Моя задача — вам передать. Вы понимаете?

— Не понимаю… Передать что?

— Прекрасно, что не понимаете. Мне надо передать вам, что вы в опасности и вам предстоит вас спасти. Не думайте об этом. Просто получайте то, что я говорю.

— Я правда не понимаю, что это значит…

Мужчина мягко, но будто очень хлестко меня перебил:

— Значения, понимания — прекратите. Постарайтесь остановить себя. Я вам это донес и на данный момент этого достаточно.

— Данный момент? А будет что-то ещё?

— Будет ещё очень и очень много. Если вам кажется, что вы находитесь в конце времени — вам не кажется. Но пока — это все, что вы должны воспринять.

— Воспринять — это все, что от меня нужно, чтобы предотвратить разлом?

— Разлом вы не предотвратите. Только вы можете его купировать. Поэтому я к вам и обращаюсь.

— Я вас не понимаю…

— И не должны. Знайте, нас слушают и не могут понять. Так и должно быть. Говорить здесь — небезопасно. Мне надо, чтобы вы разрешили мне поговорить с вами опять. Только поговорить, больше я ничего и не умею. Я буду выглядеть иначе. Но вы меня узнаете, где бы мы не встретились. Мы договорились, вы разрешаете с вами поговорить снова?

— Ну да, наверное, да.

— Замечательно, спасибо. Тогда до встречи.

Мужчина поклонился и пошёл прочь. Отойдя на какое-то расстояние, он развернулся и сказал. Ему пришлось чуть повысить голос, чтобя я его услышала.

— А к телефону вы относитесь правильно, молодец. Ничего из происходящего не настолько важно, чтобы относится к этому чересчур серьезно. А маленькое хулиганство — это даже немного на пользу.

После этого он удивительно звонко хлопнул в ладоши и от этого звука утки взлетели в небо. Я повернулась туда, где только что стоял мужчина и его уже не было. Из следов его существования — только кряканье бедных птиц, которых мужчина по-хулигански напугал.